Истина как цель доказывания по уголовному делу

Практическая задача расследования, рассмотрения и разре­шения уголовного дела состоит в том, чтобы установить обстоя­тельства дела в соответствии с тем, что имело место в действи­тельности, при этом:

    • государственные органы, должностные лица, дейст­вующие на стороне обвинения, обязаны использовать все предос­тавленные им процессуальные средства для обоснования доказа­тельствами выдвинутого против лица обвинения;
    • обвиняемый презюмирует невиновным и не обязан доказывать свою невинов­ность;
    • суд в состязательном процессе исследует доказательства, представленные сторонами, и разрешает дело по существу.

Полномочия суда отличаются от полномочий органов дозна­ния, следователя, прокурора. Назначение уголовного судопроизводства, его принципы, в первую очередь презумпция невиновности и состязательность, объясняют отказ в УПК РФ от возложения на суд обязанности установить истину по делу. Обязанность доказывать виновность обвиняемого лежит на том, кто эту виновность утверждает, т. е. на стороне обвинения.

Истине как цели доказывания в уголовно-процессуальной теории на протяжении десятилетий уделялось очень большое внимание, придавалось особое идеологическое значение, кото­рое должно направлять деятельность следователя, судьи. При характеристике истины, достигаемой в уголовном процессе, ис­пользовались такие высокие философские понятия, как «абсо­лютная», «относительная» истина. При этом практические зада­чи, поставленные перед следователем, прокурором, судом, обосновывались с этих методологических и идеологических по­зиций, а именно как доступность познания абсолютной истины применительно к обстоятельствам дела, устанавливаемым в уго­ловном процессе (или даже и применительно к квалификации преступления и назначаемой судом меры наказания).

В литературе последних лет к доступность познания истины выражено различное отношение.

Так, Ю. В. Кореневский исходит из чисто практического по­нимания истины в уголовном процессе, как соответствию выводов о происшедшем событии тому, что имело место в дейст­вительности, и пишет о неприемлемости философских характе­ристик истины («абсолютная» и «относительная» истина) к практической задаче, стоящей в уголовном процессе.

Противоположный взгляд на этот вопрос выражает Ю. К. Ор­лов, который считает, что все философские аспекты характери­стики истины в уголовном судопроизводстве и ее предмета не потеряли своего значения, и поэтому критикует УПК РФ за от­сутствие в нем норм, которые бы обязывали суд, наравне со следователем, прокурором при­нимать меры к установлению истины.

Если понимать истину в сфере уголовного судопроизводства как соответствие выводов следствия и суда фактическим об­стоятельствам дела, тому, что имело место в действительности, то для ответа на вопрос о том, может ли истина рассматривать­ся как цель доказывания, без достижения которой не может быть достигнуто назначение уголовного судопроизводства, не­обходимо обратиться к процессуальным средствам и процедуре доказывания в уголовном судопроизводстве.

Очевидно, что принцип презумпции невиновности и выте­кающие из него правила доказывания, право обвиняемого на молчание (п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК), право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и родственников, а также иные случаи освобождения лиц от обязанности давать свиде­тельские показания могут служить объективным препятствием для установления обстоятельств дела такими, какими они были в действительности. Устанавливая право на свидетельский им­мунитет, законодатель явно предпочел охрану лежащих в осно­ве этого иммунитета ценностей (презумпция невиновности, со­хранение родственных отношений и др.) установлению истины «любыми средствами». Записанное в Конституции РФ и разви­тое в нормах УПК правило о недопустимых доказательствах также является существенной гарантией прав обвиняемого и в то же время препятствием на пути установления истины любы­ми средствами.

Вопрос о истине как необходимом условии достижения на­значения уголовного судопроизводства должен рассматриваться с учетом различий требований, которые закон предъявляет к обвинительному и оправдательному приговору. По существу, об истине, понимаемой как соответствие установленных об­стоятельств дела тому, что имело место в действительности, можно говорить применительно к обвинительному приговору. Обвинительный приговор не может быть основан на предполо­жении и постановляется лишь при условии, что в ходе судебно­го разбирательства виновность подсудимого в совершении пре­ступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (ч. 4 ст. 302 УПК).

Выводы, содержащиеся в обвинительном приговоре, долж­ны быть достоверны, т. е. доказаны, обоснованы совокупно­стью доказательств. Поэтому доказанность обвинения, при ус­ловии строгого соблюдения закона, регулирующего правила со­бирания, проверки и оценки доказательств, дает основание считать установленные судом обстоятельства соответствующие тому, что имело место в действительности.

Убедиться в истинности полученного знания можно, лишь сопоставив знание с действительностью, что невозможно в уго­ловном процессе (проверить знание о преступлении опытным путем невозможно), поэтому при действии принципа свобод­ной оценки доказательств, приходит «решимость признать из­вестное мнение за истинное или ложное и положить его в ос­нову своей деятельности».

 

Рассматривая категорию истины как идеальную и нравст­венную цель уголовного судопроизводства, нельзя отождеств­лять стремление суда установить истину с обязанностью истину установить.

Состязательность судопроизводства невозможна без незави­симости суда. Суд, стремящийся во что бы то ни стало устано­вить истину, неизбежно переходит на позицию обвинения. Тем самым нарушается равенство сторон, а истина, вне состязания или в условиях, когда стороны были поставлены в неравное по­ложение, считается нелегитимной.

Поэтому для выполнения назначения уголовного судопроиз­водства, суд, постановляя приговор, должен быть убежден, что судебное разбирательство было справедливым, а убеждение су­да, выраженное в обвинительном приговоре, основано на уста­новленных с соблюдением всех правил доказывания обстоя­тельствах. Обоснованное убеждение, выраженное в приговоре (или ином решении), означает его доказанность, именуемую в теории уголовного процесса «формальной» или «материальной истиной». Эти достоверные знания, принимаемые за истину, дают право судьям (должностным лицам в досудебном произ­водстве) действовать в соответствии со своими полномочиями.

Правила вынесения оправдательного приговора не требуют доказанности невиновности лица, так как в силу презумпции невиновности «недоказанная вина есть доказанная невинов­ность». При этом принцип презумпции невиновности требует толковать неустранимые сомнения в виновности лица в его пользу (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК).

Доказанная «вне разумных сомнений» виновность лица, по­ложенная в основу обвинительного приговора, подлежит про­верке путем сопоставления сделанного вывода с имеющейся совокупностью доказательств, которые, в свою очередь, долж­ны быть проверены с точки зрения соблюдения процессуаль­ных и логических законов, при проверке и оценке доказа­тельств. Поэтому вышестоящий суд вправе отменять приговор не потому, что истина по делу не установлена, а потому, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции (ст. 389.15 УПК РФ).

 

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1

Нормативные правовые акты в Российской Федерации

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 46 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)"

Постановление Пленума ВС РФ от 29 ноября 2018 года № 41 "О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов"

Согласно Федеральному закону от 28.11.2018 N 451-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пересмотрен порядок разрешения гражданских и административных дел в судах (со дня начала деятельности кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции, но не позднее 1 октября 2019 года).