Контрмеры и санкции

Контрмеры и санкции представляют собой меры принуждения к выполнению обязательств, вытекающих из правоотношений ответственности. Проблема применения мер принуждения к соблюдению норм международного права является одной из наиболее важных и сложных проблем этого права.

Принуждение - необходимый элемент децентрализованного механизма функционирования международного права. Одна из главных особенностей механизма функционирования международного права состоит в отсутствии централизованного аппарата принуждения, способного принуждать суверенных субъектов к соблюдению норм международного права. Средства принуждения находятся в руках самих государств, которые применяют их индивидуально или коллективно.

Допускаемое международным правом принуждение представляет собой не насилие, а одно из средств реализации права. Необходимый признак такого принуждения - правомерность. Принуждение должно быть правомерным как по основанию, так и по методам и объему.

В наше время государства, активно использующие меры принуждения, предпочитают именовать их не репрессалиями, а "санкциями" (лат. - sanctio - принудительная мера). В отличие от репрессалий этот термин как бы предполагает правомерность. Эта тенденция нашла отражение и в доктрине. Содействовала тому определенная аналогия с внутренним правом, в котором принудительные меры именуются "санкциями". Этот термин, однако, не соответствует координационному характеру международного права. Равный над равным власти не имеет (parinparemimperiumnonhabet) и, следовательно, не может применять санкций. В интересах упрочения международного правопорядка и уточнения норм, регулирующих применение принуждения, целесообразно под санкциями понимать лишь меры принуждения, применяемые международными организациями. Такие меры принимаются представляющими международное сообщество организациями, которые наделены государствами соответствующими правами, что придает им принципиальное отличие от индивидуальных действий государств.

Санкции международных организаций

Международные организации играют все более существенную роль в обеспечении уважения к международному праву. Существенную роль в реализации возможностей организаций в рассматриваемой области играет институт санкций. Понимание санкций как мер принуждения, осуществляемых именно организациями, неоднократно обосновывалось в литературе и получило значительное признание. Понимание санкций как мер, предпринимаемых организациями, подтверждается международной практикой.

Устав ООН предусматривает возможность применения по решению Совета Безопасности широкого арсенала воздействия на правонарушителя (ст. 41, 42). Эти меры могут применяться лишь при "существовании любой угрозы миру, любого нарушения мира или акта агрессии" (ст. 39). Естественно, возникает вопрос - относятся ли эти меры к индивидуальной или коллективной самообороне или к санкциям? Есть основания полагать, что институт самообороны относится только к государствам. Это явно следует из ст. 51 Устава. В той же статье проводится различие между мерами самообороны государств и полномочиями Совета Безопасности в отношении принятия "действий, какие он сочтет необходимыми для поддержания или восстановления международного мира и безопасности". Иными словами, речь идет о полномочиях Совета предпринимать меры в целях пресечения наиболее тяжких правонарушений.

Это утверждение сомнительно как с юридической, так и с практической точек зрения. Известно, что одна из целей ООН состоит в том, чтобы "создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права..." В этом же заключается и главная цель права международной ответственности.

Что же касается практики ООН, то ее деятельность становится все более важным фактором поддержания международного правопорядка, причем не только в сфере международной безопасности. Помимо всего прочего, поддержание мира означает обеспечение уважения к наиболее важным нормам международного права.

Практика Совета Безопасности свидетельствует, что он не ограничивается пресечением правонарушений, но и определяет последствия, вытекающие из ответственности за эти правонарушения. Выполнение вытекающих из ответственности обязательств Совет гарантирует применением санкций, предпринимаемых в соответствии с гл. VII Устава. Весьма показателен в этом плане цикл резолюций, принятых в отношении Ирака. В данном случае важен тот факт, что сам Совет квалифицирует принимаемые им меры как санкции.

Позиция России в отношении санкций не раз излагалась в ООН. Санкции рассматриваются как мощный инструмент воздействия на правонарушителя. Их введение оказывает влияние на население подвергающегося санкциям государства и на его отношения с другими странами. Поэтому введение санкций должно быть крайней мерой, которая допустима в случаях, когда иные способы воздействия не дали результата и когда Совет Безопасности определит наличие угрозы международному миру и безопасности. Самое существенное значение имеет правильная оценка Советом степени такой угрозы.

Определение в соответствии со ст. 39 наличия угрозы миру или акта агрессии означает констатацию нарушения основополагающих норм. Резолюции Совета Безопасности призывают прекратить соответствующее деяние, дать гарантии неповторения и даже предоставить возмещение. Меры, предпринимаемые в соответствии со ст. 41 и 42, представляют собой санкции, призванные побудить правонарушителя выполнить обязанности, вытекающие из ответственности.

Концепция коллективной безопасности вышла за традиционные рамки коллективного ответа на вооруженное нападение. Теперь она охватывает и такие правонарушения, как геноцид, массовое нарушение прав человека и тяжкие нарушения международного гуманитарного права. В результате право коллективной безопасности и право международной ответственности выполняют общую функцию, связанную с правовыми последствиями нарушений основополагающих норм международного сообщества. При этом механизмы действия у них различны и эти различия сохраняются. Предусмотренный гл. VII Устава ООН механизм обеспечивает коллективный ответ на тягчайшие правонарушения и в определенной мере создает "вертикальные" отношения между организацией и государствами.

В прошлом понятием "санкции" охватывались все меры принуждения в отношении правонарушителя. Ныне утверждается понятие санкций как принудительных мер, предпринимаемых международной организацией к правонарушителю в целях побуждения его к выполнению обязательств, вытекающих из правоотношения ответственности.

Санкции международных организаций - довольно многоплановое явление. Т.Н.Нешатаева пишет, что под санкциями международных организаций следует понимать "все меры охраны международного правопорядка, закрепленные в нормах международного права, носящие принудительный характер и применимые в случае правонарушений к государству-делинквенту с помощью институционного механизма международных организаций". В подавляющем большинстве случаев санкции организаций действительно направлены против государств-делинквентов. Однако это не исключает возможности их применения и в отношении международных организаций, например, в случае нарушения последними заключенных с ними соглашений или норм общего международного права.

Области применения санкций международных организаций:

  1. Область внутреннего права государств. Прежде всего, это касается деяний государств-членов, противоречащих целям и принципам организации. Нередки случаи применения санкций в случаях нарушения и иных обязанностей члена, например финансовых.
  2. Область общего международного права и, прежде всего, его императивные нормы. Примером могут служить случаи лишения права голоса расистского режима ЮАР. Представляет также интерес практика санкций, принятых по рекомендации ООН ее специализированными учреждениями, например, против ЮАР, проводившей политику апартеида, против Португалии за политику колониального угнетения, против Израиля за военные преступления.

Основные недостатки санкций:

  • от санкций международных организаций, особенно масштабных, страдает, в основном, население страны;
  • ущерб, причиняемый ими третьим государствам, страдающим от перерыва связей с государством, против которого санкции направлены;
  • средства осуществления санкций находятся в руках крупных государств и соответственно от их позиции зависит эффективность санкций.

Учитывая имеющиеся в практике применения санкций недостатки, Совет Безопасности ООН учредил комитеты по санкциям. В январе 1999 г. председатель Совета издал специальный документ о работе этих комитетов, в котором подчеркивался долг всех членов Совета провести давно назревшие реформы, призванные усовершенствовать применение санкций и ограничить связанные с ними страдания людей. Прошли годы, но положение не изменилось.

Факторы эффективности санкций:

  • сдерживающее влияние на правонарушителя, огранивающее масштабы его противоправного поведения, а также на решимость его повторения;
  • демонстрация позиции международного сообщества в отношении правонарушения, оказывающая превентивное действие в отношении потенциальных правонарушителей;
  • ограничение материальных возможностей правонарушителя. Эмбарго на вооружения затрудняет модернизацию вооруженных сил. Экономические санкции снижают экономический потенциал и тем самым ограничивают размеры допустимых затрат на вооружение.

В последние десятилетия в литературе начал обсуждаться вопрос о побуждающих, или "позитивных санкциях". Представляется, что подобные концепции не совсем отвечают природе санкций как мер принуждения в отношении правонарушителя. Стимулирующие меры, призванные вернуть правонарушителя на путь истинный, могут оказаться мерами поощрения правонарушителя.

Однако это не значит, что побуждающий элемент вообще не может учитывать при применении санкций. Дж. Армани проанализировал 22 случая, в которых стратегия побуждения и принуждения сочетались. Автор пришел к выводу, что смешанная стратегия оказалась в три раза эффективней в достижении желаемого результата, чем только меры принуждения.

В последние годы активно обсуждается концепция "целенаправленных" (targeted) или "умных" (smart) санкций. "Умные" санкции нацелены на то и осуществляются таким образом, чтобы свести к минимуму отрицательные последствия. Они должны воздействовать на власть без причинения серьезного ущерба населению. Такие санкции, например, не приостанавливают нормальных торговых отношений, но препятствуют определенным видам экспорта и импорта. Они могут заключаться:

  • в эмбарго на импорт оружия;
  • в замораживании зарубежных вкладов правительства и его членов;
  • в запрещении транспортных связей;
  • в таких актах политического осуждения, как прекращение дипломатических отношений.

Тем не менее, нельзя не учитывать, что умные санкции не решают проблему. Совершенно ясно, что для пресечения серьезных правонарушений необходимы и соответствующие меры воздействия. Поэтому в таких случаях сохраняют свое значение широкие силовые санкции организаций. Оба вида санкций должны дополнять друг друга.

Эффективность санкций международных организаций в решающей мере зависит от политики крупных государств, обладающих необходимыми экономическими и военными ресурсами, необходимыми для того, чтобы санкции были действенными.

Контрмеры

Все ранее сказанное подчеркивает значение урегулирования проблемы применения мер принуждения Статьями об ответственности государств. Традиционный термин "санкции" довольно длительное время использовался и Комиссией международного права ООН в ходе работы над темой об ответственности. Лишь на завершающем этапе было решено заменить его более соответствующим природе международного права термином "контрмеры". Существенную роль в этом сыграла международная судебная практика, которая, избегая употребления термина "санкции" применительно к односторонним мерам государств, использовала термин "контрмеры".

В Статьях об ответственности государств контрмерам посвящена гл. II Части третьей "Имплементация международной ответственности государств", что является обоснованным, поскольку контрмеры представляют собой связанный с ответственностью, но тем не менее особый институт, призванный служить имплементации правоотношений ответственности.

Рассматриваемая глава определяет условия и ограничения принятия контрмер потерпевшим государством. Она имеет целью установить систему регулирования, учитывающую чрезвычайный характер контрмер как реакции на международно-противоправное поведение. Одновременно определяются условия и ограничения, призванные предельно сократить возможности злоупотреблений контрмерами, сохранить их применение в правовом поле.

Глава содержит также некоторые процессуальные моменты, касающиеся контрмер. Она посвящена контрмерам, принимаемым непосредственно потерпевшим государством. Известно, что при определенных условиях контрмеры могут приниматься и другими государствами. Однако соответствующая практика весьма противоречива и не дает возможности сформулировать определенные правила. Поэтому положения главы не касаются таких случаев. Эти положения, тем не менее, не ограничивают права других государств, помимо непосредственно потерпевшего, принимать правомерные меры против несущего ответственность государства для обеспечения прекращения нарушения и возмещения вреда в интересах пострадавших от него субъектов. Этот важный момент подчеркивается в Комментарии.

Глава о контрмерах активно обсуждалась правительствами, что свидетельствует о ее большом практическом значении. Зачастую высказывались прямо противоположные мнения. Многие отмечали, что контрмеры представляют собой законное средство, имеющееся в распоряжении государства, пострадавшего от международно-противоправного деяния. Одновременно указывалось на необходимость ограничения контрмер с тем, чтобы защитить суверенитет более слабых государств.У государств, которые стали жертвами противоправных контрмер, должны иметься средства правовой защиты. Было выражено мнение об опасности отделения вопроса о контрмерах от вопроса о мирном разрешении споров.
Контрмеры представляют собой элемент присущего международному праву децентрализованного механизма принуждения государства-правонарушителя. Как уже отмечалось, институт контрмер признается в практике государств, подтверждается судебными решениями и находит обоснование в доктрине.

Основная цель контрмер состоит в том, чтобы побудить ответственное за международно-противоправное деяние государство выполнить возлагаемые на него правоотношением ответственности обязательства. Эти меры вправе применить потерпевшее государство. С юридической точки зрения такие меры характеризуются тем, что если бы они не применялись в качестве контрмер, то были бы противоправными.

Представляется, что ответственность всегда связана с негативными последствиями для правонарушителя и в этом смысле вытекающие из нее последствия, включая меры принуждения, носят характер наказания. Но это не карательные меры в уголовно-правовом смысле. Они ближе по характеру к наказанию за правонарушение в частном праве, но не идентичны ему. В международном праве наказание за правонарушение обладает дополнительными особенностями. Признание государства правонарушителем наносит ущерб его авторитету. О том, насколько существенен этот аспект, свидетельствует то значение, которое придается сатисфакциям как морально-политическому удовлетворению. Отрицательные последствия правонарушения в рассматриваемом аспекте носят характер не столько юридического наказания, сколько морально-политического осуждения.

Контрмеры могут приниматься пострадавшим государством лишь в ответ на международно-противоправное деяние. Решение о принятии контрмер принимается государством на собственный риск, и потому возможна ситуация, когда это решение окажется недостаточно обоснованным. В таком случае наступает ответственность государства за неправомерное применение контрмер.

В случае даже если меры в отношении другого государства были приняты в результате добросовестного заблуждения относительно якобы совершенного им правонарушения, тем не менее, ответственность за такие меры возникает:

  1. они не могут рассматриваться как контрмеры, поскольку не было правонарушения;
  2. не несущему ответственности государству был причинен ущерб неправомерными действиями другого государства, что порождает ответственность и вытекающую из нее обязанность возмещения.

Факт добросовестного заблуждения может учитываться при определении характера ответственности и размера, вида возмещения. В таких случаях ответственность обычно носит только материальный характер и ограничивается возмещением ущерба.

Обязательства, не затрагиваемые контрмерами:

  1. любая процедура разрешения споров, применяемая между потерпевшим государством и государством, несущим ответственность;
  2. обязательства, имеющие целью обеспечить физическую безопасность и неприкосновенность дипломатических и консульских должностных лиц, помещений, архивов и документов в соответствии с Венскими конвенциями о дипломатических и консульских сношениях. Это не исключает возможности принятия контрмер, затрагивающих дипломатические привилегии, иные, чем перечисленные.

В большинстве случаев контрмеры применяются в двусторонних отношениях. Проблема существенно усложняется, когда дело касается многосторонних отношений. В частности, использование критерия взаимности нереально в случае контрмер при нарушении обязательств ergaomnes. Взаимность исключается, когда дело касается нарушения императивных норм, а также нарушения основных прав человека и дипломатического иммунитета.

Статьи об ответственности государств предусматривают, что в таких случаях другие государства могут требовать от несущего ответственность государства прекращения противоправного деяния и выполнения обязательств по возмещению в интересах потерпевшего государства (ст. 48).

Более сложно обстоит вопрос о применении в тех же целях принудительных мер другими государствами.

Известен ряд случаев, когда несколько государств, не будучи потерпевшими, приходили на помощь государству, пострадавшему от вооруженного нападения. В таких случаях, как определил Международный Суд, действия в порядке коллективной самообороны не могут быть предприняты третьими государствами без просьбы государства, подвергшегося нападению.

Принятые меры нарушали обязательства принимавших их государств. Приведенные в обоснование их доводы не могут быть признаны юридически состоятельными. Единственным обоснованием могла бы быть ссылка на наличие юридического интереса в прекращении правонарушения, дающего право на применение контрмер. Однако ни в одном случае это не было сделано. Тем самым подтверждается, что концепция наличия юридической заинтересованности как основания для применения контрмер государствами, не являющимися непосредственно потерпевшими, находится в начале процесса становления.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1

Нормативные правовые акты в Российской Федерации

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 46 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)"

Постановление Пленума ВС РФ от 29 ноября 2018 года № 41 "О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов"

Согласно Федеральному закону от 28.11.2018 N 451-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пересмотрен порядок разрешения гражданских и административных дел в судах (со дня начала деятельности кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции, но не позднее 1 октября 2019 года).