Ошибка и ее уголовно-правовое значение

Под субъективной ошибкой в уголовном праве понимается за­блуждение лишь относительно фактических обстоятельств, опре­деляющих характер и степень общественной опасности совершае­мого деяния, либо относительно юридической характеристики деяния.

В зависимости от характера неправильных представлений субъекта различаются:

  • юридическая ошибка;
  • фактическая ошибка.

Юридическая ошибка

Юридическая ошибка — это неправильная оценка виновным юридической сущности или юридических последствий совершае­мого деяния. Принято различать следующие виды юридической ошибки:

  • ошибка в уголовно-правовом запрете;
  • мнимое преступление;
  • неправильное представление лица о юридических послед­ствиях совершаемого преступления.

Ошибка в уголовно-правовом запрете, т.е. неверная оценка лицом совершаемого им деяния как уголовно не наказуемого, то­гда как в действительности оно в соответствии с законом признает­ся преступлением. Ошибка подобного рода не исключает умыш­ленной вины, поскольку незнание закона не равнозначно отсут­ствию сознания общественной опасности и не может служить оправданием лица, совершившего деяние, запрещенное уголов­ным законом.

Мнимое преступление - это ошибочная оценка лицом совершаемого деяния как пре­ступного, тогда как на самом деле закон не относит его к преступ­лениям. В подобных случа­ях деяние не обладает свойствами общественной опасности и противоправности, поэтому уголовная ответственность исклю­чается. Например, «похищение» автомобильных покрышек, вы­брошенных из-за износа, не является преступным из-за отсутст­вия объекта посягательства, поэтому в нем нет и вины в ее уголов­но-правовом значении.

Неправильное представление лица о юридических послед­ствиях совершаемого преступления: о его квалификации, виде и размере наказания, которое может быть назначено за соверше­ние этого деяния. Такая ошибка не влияет на форму вины и на уголовную ответственность.

Фактическая ошибка

Фактическая ошибка — это неверное представление лица о фактических обстоятельствах совершаемого деяния. Практиче­ское значение имеет лишь существенная фактическая ошибка, ко­торая касается обстоятельств, имеющих значение признака соста­ва преступления.

В зависимости от содержания неправильных представлений, т.е. от предмета неверных восприятий и оценок, принято разли­чать следующие виды фактической ошибки:

  • в объекте посяга­тельства;
  • в характере действия или бездействия;
  • в тяжести по­следствий;
  • в развитии причинной связи;
  • в обстоятельствах, отяг­чающих ответственность.

Ошибка в объекте — это неправильное представление лица о социальной и юридической сущности объекта посягательства. При наличии такого рода ошибки преступление должно квали­фицироваться в зависимости от направленности умысла. Примером подмены объекта является попытка похищения из аптеки наркотикосодержащих препаратов, в результате которой оказываются похищенными лекарственные средства, наркотического действия не имеющие. Квалификация подобных преступлений связывается с применением юридической фикции: несмотря на то, что лицо совершило оконченное преступление (кражу), его действия расцениваются как неоконченное посягательство на первоначально задуманный объект (покушение на хищение наркотических средств). От ошибки в объекте необходимо отличать ошибку в предмете пося­гательства и в личности потерпевшего. Эти виды ошибки не влия­ют ни на форму вины, ни на квалификацию преступления (если, конечно, с подменой предмета посягательства или личности по­терпевшего не меняется объект преступления).

Ошибка в характере совершаемого действия (или бездействия) может быть двоякого рода:

  1. Лицо неправильно оценивает свои действия как об­щественно опасные, тогда как они не обладают этим свойством. Такая ошибка не влияет на форму вины (деяние остается умыш­ленным), но ответственность наступает не за оконченное преступ­ление, а за покушение на него, поскольку преступное намерение не было реализовано. Например, сбыт иностранной валюты, кото­рую виновный ошибочно считает фальшивой, составляет покуше­ние на сбыт поддельных денег (ч. 3 ст. 30 и ст. 186 УК РФ).
  2. Лицо ошибочно считает свои действия правомер­ными, не осознавая их общественной опасности (например, лицо убеждено в подлинности денег, которыми расплачивается, но они оказываются фальшивыми). Такая ошибка устраняет умысел, а если деяние признается преступным только при умышленном его совершении, то исключается и уголовная ответственность. Если же деяние признается преступным и при неосторожной форме вины, то ответственность наступает только при условии, что лицо должно было и могло осознавать общественную опас­ность своего деяния, т.е. при виновной ошибке.

Ошибка относительно общественно опасных последствий может касаться либо качественной, либо количественной характеристи­ки этого объективного признака. Ошибка относительно качества, т.е. характера общественно опасных последствий, может состоять в предвидении таких по­следствий, которые в действительности не наступили, либо в не­предвидении таких последствий, которые фактически наступили. Такая ошибка исключает ответственность за умышленное причи­нение фактически наступивших последствий, но может влечь от­ветственность за их причинение по неосторожности, если таковая предусмотрена законом. Деяние, повлекшее не те последствия, которые охватывались умыслом субъекта, квалифицируется как покушение на причинение последствий, предвиденных винов­ным, и, кроме того, как неосторожное причинение фактически наступивших последствий. Ошибка относительно тяжести общественно опасных последст­вий означает заблуждение в их количественной характеристике. При этом фактически причиненные последствия могут оказаться либо более, либо менее тяжкими по сравнению с предполагаемыми. В тех случаях, когда уголовная ответственность зависит от тя­жести последствий, лицо, допускающее ошибку относительно этого признака, должно нести ответственность в соответствии с направленностью умысла.
Например, попытка совершить квартирную кражу в крупном размере, неудавшаяся из-за невозможности вскрыть домашний сейф, должна квалифицироваться по ч. 3 ст. 30 и п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Наступление более тяжкого последствия, чем субъект имел в виду, исключает ответственность за его умышленное причине­ние.

Ошибка в развитии причинной связи означает неправильное понимание виновным причинно-следственной зависимости ме­жду его деянием и наступлением общественно опасных послед­ствий.
Если последствие, охватываемое умыслом, хотя фактически и наступило, но явилось результатом не тех действий, которыми ви­новный намеревался его причинить, а других его действий, ошибка в причинной связи влечет изменение квалификации деяния.
У. и Л. с целью кражи проникли в дом, но, обнаружив там пре­старелого Ю. и стремясь избавиться от свидетеля, нанесли ему два ножевых удара в область сердца. Похитив ценные вещи, они подожгли дом, где оставался Ю., которого преступники считали уже мертвым. Но оказалось, Ю. был лишь тяжело ранен и погиб только при пожаре. Ошибка У. и Л. относительно причины смер­ти Ю. породила совокупность этих двух преступлений против личности: покушение на убийство с целью скрыть другое престу­пление (ст. 30 и п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ) и причинение смерти по неосторожности (ст. 109), помимо ответственности за хищение.

Ошибка в обстоятельствах, отягчающих ответственность, за­ключается в ошибочном представлении об отсутствии таких об­стоятельств, когда они имеются, либо о наличии их, когда факти­чески они отсутствуют. В этих случаях ответственность определя­ется содержанием и направленностью умысла. Если виновный считает свое деяние совершенным без отягчающих обстоятельств, то ответственность должна наступать за основной состав данного преступления. И наоборот, если винов­ный был убежден в наличии отягчающего обстоятельства, кото­рое на самом деле отсутствовало, деяние должно квалифициро­ваться как покушение на преступление, совершенное при отяг­чающих обстоятельствах.

С фактической ошибкой внешне сходно отклонение дейст­вия, когда по причинам, не зависящим от воли виновного, вред причиняется не тому, на кого направлено посягательство, а дру­гому лицу.
Например, А. с целью убийства стреляет из ружья в Б., но по­падает в В. и убивает его. Выстрел в Б. образует состав покушения на убийство независимо от того, попала ли пуля в В. или в дерево. Однако А. совершает еще одно преступление - причинение смер­ти В. по неосторожности. Поэтому случай отклонения действия всегда образует совокупность двух преступлений - покушения на совершение намеченного преступления и причинения по неосто­рожности вреда другому лицу (разумеется, при наличии неосто­рожной вины по отношению к этому последствию).

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1

Нормативные правовые акты в Российской Федерации

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан"

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 46 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)"

Постановление Пленума ВС РФ от 29 ноября 2018 года № 41 "О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов"

Согласно Федеральному закону от 28.11.2018 N 451-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пересмотрен порядок разрешения гражданских и административных дел в судах (со дня начала деятельности кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции, но не позднее 1 октября 2019 года).